КРАСНЫЙ ЖЕЛТЫЙ ЗЕЛЕНЫЙ СИНИЙ
 Архив | Страны | Персоны | Каталог | Новости | Дискуссии | Анекдоты | Контакты | PDAFacebook  RSS  
 | ЦентрАзия | Афганистан | Казахстан | Кыргызстан | Таджикистан | Туркменистан | Узбекистан |
ЦентрАзия
  Новости и события
| 
Пятница, 17.02.2006
21:39  Пакистанские мауланы подняли призовые за голову датских карикатуристов до $1 млн
16:54  Преданные майданом. "Общество узбекских политбеженцев" начало бессрочную акцию протеста в Киеве
15:59  Сотрудники посольства Палестины в Ташкенте избили "израильтянина палестинского происхождения"
14:35  С.Мурадова: Информация о включении в учебные программы Киргизии стихов узбекского оппозиционера - это "утка"
14:32  Бишкек захлестнули "войны" школьных банд
13:50  Н.Измбергенов: Биотехнологии Казахстана: вчера, сегодня, завтра
13:49  Н.Ермаков: Последние станут первыми. Кыргызстан в ожидании очередного политического кризиса
13:46  Guardian: В планах Буша – огромная пропагандистская кампания против Ирана
13:31  UPI: Китай и Россия не помогут США в Иране, а наоборот...
13:26  Президент Ж.Ширак отменил продажу останков авианосца "Клемансо" Индии
13:14  А.Власов: Туркменистан между Западом и Востоком. Особенности правящей элиты
12:37  Д.Каримов: Киргизское харакири. Весь год политбомонд делил посты и сферы влияния
12:13  А.Инсанова: Саакашвилькина грамота. Прав тот, у кого длиннее штык
12:10  Казахстанские и украинские шахтеры объединяются, чтобы бороться против своего индийского "хозяина" Л.Миттала
11:58  Северная часть Арала спасена Казахстаном. Воды в "море" уже на треть больше
11:40  "Такая маленькая женщина... сидит в клетке". В Ташкенте продолжился суд над правозащитницей М.Таджибаевой
11:34  А.Иконников: Экономика трубы. Реформа ЖКХ Казахстана "замерзла" от холодов
11:29  Кулачный бий. Глава Актюбинского облсуда Косаев дебоширит и бьет сотрудников
11:22  Дж. Баллард: Есть ли будущее у будущего? Запад губит... скука
10:32  К.Бекболотов: Киргизия - на пути к распаду или обществу многосторонних интересов?
10:20  А.Ахмад: Быть ли Афганскому газопроводу? Проекту мешает позиция Пакистана
10:14  С.Зувайдов (минсвязи Таджикистана): "Подключение провайдеров к шлюзу будет обязательным" (интервью)
09:53  Вашингтон переходит на фарси. На "чаяния иранского народа" ГосДеп США ассигнует еще $75 млн
09:41  Gazeta.kg: Каримов раздаст госсобственность за бесценок
09:38  IWPR: "Если бы женщины нас не остановили..." Подробности киргизо-дунганских погромов
09:37  Если завтра война. Иранское руководство подумывает об эвакуации в Туркмению
08:25  Казахстан привлекает ФБР США для расследования убийства А.Сарсенбаева
08:09  Ирак. Британские "миротворцы" переплюнули в палачестве американских?
00:37  Ш.Валиев: Предки тюрков участвовали в создании доиндоевропейских культур ЦентрАзии (продолжение "исторической" дискуссии)
00:04  "Демократическая" Украина депортировала на родину 10 узбекских беженцев
00:00  В китайском Синьцзяне продолжают сидеть в заложниках около 100 кыргызстанцев
Четверг, 16.02.2006
20:45  Бишкек. Двум узбекским "андижанцам" окончательно отказано в беженстве
19:34  Н.Бордюжа: Положительные изменения в Киргизии видны невооруженным глазом
17:44  Страшно, аж жуть. В.Путин учредил "Национальный антитеррористический комитет"
16:39  В университетах Киргизии будут изучать творчество узбекского поэта-оппозиционера М.Салиха
15:09  Ш.Шералиев: Черная тень, или О причинах назначения экс-главы ЦРУ главой Freedom House
13:53  С.Черняховский: Мощь бесплодия. К вопросу о политическом лидерстве в пост-СССР
13:32  "Унизила мою честь". Глава Администрации Президента КР У.Сыдыков подал иск в $1 млн на Майрам Акаеву
12:37  Акбар Турсон: Лес и трава... В чем корни отчуждения Запада и Востока?
12:29  Гробокопатели. Власти Кыргызстана пресекли раскопки химических отходов
11:31  Алле, вас не слышно! "Единый коммутационный центр" Таджикистана вызывает все больше вопросов
11:18  А.Завизьон (командир 201-й базы ВС РФ в Таджикистане): "Душанбе... просторный добродушный город" (интервью)
11:11  П.Святенков: Суета вокруг Ирана. "Неоклинтонизм" против "бушизма"
10:22  Иран купил ООНовские голоса Китая и России - истерика в Сенате США
10:19  Мечта К.Бакиева... В Киргизии возникает новая пророссийская политпартия "Содружество"
10:16  Послали - посол. Диппредставитель России в Таджикистане Абдулатипов "мочит корки"
10:12  "Великий Сердар и Зеленый стяг - гордость туркменской нации" - научная конференция в Ашхабаде
10:05  Киргизия. 70 дунганских семей рискнули вернуться в пост-погромное село "Искра"
09:53  В Казахстане разоблачены аферы с экспортом зерна на "астрономические цифры"
09:32  РосВести > Средняя Азия - демократия или стабильность
09:27  Помещение тесное... Журналистов по-прежнему не пускают на "открытые" суды в Ташкенте
Архив
  © www.centrasia.ruВверх  
    Казахстан   | 
А.Иконников: Экономика трубы. Реформа ЖКХ Казахстана "замерзла" от холодов
11:34 17.02.2006

Холодная зима, как обычно, застала коммунальщиков врасплох. Радиаторы лопаются не только в наших краях – половина континента замерзает, снега и морозы добрались даже до Индии. Но больше других достается все-таки нам, и особенно нашим соседям россиянам. Ведь только мы живем рядом с теми знаменитыми сибирскими морозами и с арктическим полюсом холода, которые создают весь этот экстремальный климат

Момент истины

Плохие новости в последние недели идут из разных регионов России и Казахстана. У нас опять страдает Карагандинская область – второй год подряд замерзает город Шахтинск, в самый разгар морозов крупная авария случилась в Темиртау. Полностью разморожен многоквартирный жилфонд и на станции Шу в Жамбылской области. А репортажи из России в последние недели вообще напоминают военные сводки. Фактически северный сосед живет в условиях коммунальной катастрофы, во многих регионах РФ введен режим чрезвычайной ситуации. Только за неделю с 9 по 16 января было несколько десятков сообщений об авариях в разных городах и регионах РФ. Многие аварии там оказались не локальными, а системными: например, 16 января во Владимире из-за резкого похолодания лопнула труба на водозаборе, который снабжает водой район города с населением 50 тысяч человек. В поселке Елецкий Республики Коми 13 января при 40-градусном морозе остановилась котельная и разморозилась система отопления 42 жилых домов, детсада, интерната и других зданий. Как ни странно, не только северные российские города, но и относительно благополучная в инфраструктурном плане Московская область не избежала крупных аварий.

Словом, поводов поговорить о коммуналке больше чем достаточно, и дело здесь не только в экстремальных морозах, но и в том, что с первого января власти России официально приступили к жилищно-коммунальной реформе. По интересному совпадению, у нас в Казахстане такая реформа прошла десять лет назад. С высоты пройденного сегодня есть повод не только поделиться опытом с соседями, но и оценить свои достижения и трудности, а главное, понять: чего ожидать от коммуналки в ее сегодняшнем качестве.

Когда десять лет назад наше государство начинало коммунальную реформу, его главной целью было снять с бюджета тяжелое бремя дотаций коммунального хозяйства. Экономическая ситуация была тяжелая, денег на дотации не было. Россия озаботилась этой проблемой лишь в последний год, причем в преддверии инфраструктурного кризиса, который обусловлен естественными пределами старения металла. Ежегодный износ основных фондов ЖКХ России достигает 5–7 процентов, в то время как общий износ превышает 70 процентов. Следует отметить, что аналогичные оценки в полной мере применимы и к жилищно-коммунальной инфраструктуре Казахстана. Как у соседей, так и у нас аварии и сбои в системах ЖКХ прогрессируют, просто в России с ее крайне холодным климатом этот процесс идет с опережением. По данным Росстата, в последние четыре года бюджеты всех уровней в РФ ежегодно тратят на жилкомхоз от 12 до 14 миллиардов долларов. Несмотря на это, с каждым годом ситуация усугубляется, что уже ставит под вопрос жизнеобеспечение огромных территорий. В российской прессе "коммуналку" часто называют "черной дырой". На этом фоне мы по крайней мере можем быть вполне довольны уже тем фактом, что в казахстанском государственном бюджете затраты на ЖКХ вообще не предусмотрены. Этот основной итог нашей коммунальной реформы, без сомнения, дорогого стоит. Приятно сознавать и то, что нерыночные (то есть дотирумые) тарифы городов России давно сравнялись с рыночными (хотя и регулируемыми, но не дотируемыми) в Казахстане. Так, по данным, которые приводит российская региональная газета "Континент – Сибирь", содержание одного квадратного метра жилья в Новосибирске стоит 17,93 руб., в Иркутске – 25,15, в Екатеринбурге – 19,50, в Томске – 28,23 руб. Получается, новосибирец за стандартную двухкомнатную квартиру площадью 50 квадратных метров в прошлом году платил в месяц 896,5 рубля, или, по текущему курсу, 4214 тенге. Это вполне на уровне тарифов городов Казахстана, при том, что у нас из бюджета коммуналку не дотируют. В Новосибирске же такой объем оплаты, если верить местным властям, не превышает 70 процентов рыночной стоимости коммунальных услуг: остальные 30 процентов покрывает бюджет, а с нынешнего года их будут платить сами жители.

Бремя "инфраструктурного наследия"

Но хотя государственные средства выведены с рынка, в отечественном ЖКХ, как мы уже отмечали, существуют те же инфраструктурные проблемы, что и у соседей, – ржавые трубы и отработавшие свое котлы. Вопрос о прогрессировании аварий на ветхих сетях ЖКХ в Казахстане стоит не менее остро. Что вполне понятно, ведь мы жили в одной большой стране, инфраструктура наших городов создавалась в одно время. Конечно, масштабы катастроф в Казахстане пока не те, что в России. Очевидно, нас спасает южное тепло. А общие предпосылки ситуации инженеры видят в том, что у нас общее с россиянами, притом достаточно незавидное, бремя советского инфраструктурного наследия. Особенно это очевидно новому поколению специалистов, которые знакомы с западными технологиями жизнеобеспечения. По мнению инженера-теплотехника Арсена Жайлаубаева из Северо-Восточного теплоэнергетического комплекса Алматы (СВТК), коллективная система отопления советских городов изначально была экономически ущербной. Можно вспомнить, что в городские коммуникации на стадии проекта закладывались тепловые потери порядка 30 процентов, и все из-за того, что дешевле было строить одну котельную на город вместо одной на квартал. Плановая экономика тех времен не считала ни деньги, ни тонны мазута и угля. Поэтому в Советском Союзе не только в силу северного климата, но и самой системы организации коммуналка оказалась самой дорогостоящей. "В большинстве северных стран, например в Канаде, странах Северной Европы, в американском штате Аляска никогда не строили коллективных, общегородских теплосетей, – говорит инженер. – Там в каждом доме или в группе из 2–3 многоквартирных домов ставится отдельная небольшая печь, которую обслуживает нанятый жильцами оператор. По затратам это гораздо экономичнее, чем центральное отопление". Безусловно, для советской концепции "городов-предприятий" или для идеи типового жилья "спальных районов" такая модель никак не подходила. Зарыть в землю трубы с точки зрения текущих затрат было дешевле. Однако трубы ржавели, и с течением десятилетий расходы на содержание ЖКХ стали выходить из разумных экономических рамок. Между тем рост городов предполагал новые подключения к ветшающей структуре коммуникаций, что усугубляло проблему. "Изначально зарождалась в проекте, а затем создавалась теплоэнергетическая система, которая в действительности функционирует не как система, а как неуправляемый механизм... И эта система развивается только по принципу увеличения масштабов и развития геометрической конфигурации с сетями, проложенными чаще всего в непроходных каналах, недоступных для постоянного контроля", – пишут об этой проблеме эксперты Э. Хиж, Г. Скольник и А. Толмасов из "Роскоммунэнерго".

Но если в советской плановой экономике с ее затратным распределением на это можно было не обращать внимания, то в условиях рынка, который строился в Казахстане, эффективность такой гигантской инфраструктуры оказывается под вопросом. Капитальная замена коммуникаций в масштабах целых городов превращается в тяжелое инвестиционное бремя. Инвестиции нужны сегодня, ведь города продолжают строиться, сети расширяются и все описанные проблемы прогрессируют. В современной России этот экономический тупик усугубляется социальным фоном: за годы реформ ее население привыкло к дешевым коммунальным услугам.

Казахстанское ноу-хау

Почему же при близких с Россией ценах за услуги у нас государство может не дотировать коммунальную сферу? Или дотирование, пусть и опосредованное, все же присутствует?

Основное различие двух моделей очень простое. В Казахстане менеджером и собственником энергокоммунальных предприятий является определенная компания, а контролером, создающим правила игры и следящим за их выполнением, выступает государство. Управляющая компания может быть частной (как, например, американская АЕS, работающая в энергокомплексе Восточно-Казахстанской области), а может – и государственной (как холдинг "Казтрансгаз", управляющий ныне энергосистемой Алматы). В российской же модели и собственником, и контролером, и управленцем предприятий ЖКХ в одном лице выступает государство. Такая модель "бюджетного" жилкомхоза по своей сути, конечно, является абсолютно нерыночной. Там, где власти грузовыми самолетами возят трубы и батареи в регионы Крайнего Севера, трудно говорить о рынке в нормальном понимании. Конечно, здесь сказываются и суровые северные условия, и политическая необходимость решать вопрос любой ценой. Как сделать это рыночными методами, и способен ли потребитель оплатить все? В условиях холодного климата экономически оправданные тарифы на услуги ЖКХ в России столь высоки, что это неизбежно создает в стране серьезную политическую напряженность. Обозреватель "Нового региона" Игорь Красильников подсчитал, что для Воркуты рыночная стоимость отопления стандартной двухкомнатной "хрущевки" площадью 32 квадратных метра превысит 200 долларов в месяц. Сегодня собираемые с российских жителей платежи не покрывают, как правило, даже половины текущих затрат, не говоря о капитальных. Как же работает система? Жизнеспособность всего этого затратного хозяйства обеспечивается не только бюджетными вливаниями, но и внеэкономическим давлением на поставщиков топлива для ЖКХ, среди которых – крупнейшие нефтегазовые компании. Во многом именно последнее позволяет российским властям поддерживать стабильность: государство фактически субсидирует население с помощью своих сырьевых ресурсов.

В Казахстане авторы реформы изначально сделали ставку на экономически оправданные тарифы. Другой целью было стремление местных властей уменьшить, насколько возможно, долю муниципальной собственности в ЖКХ, передавая инфраструктурные предприятия компаниям-инвесторам. В итоге государство почти полностью сняло с себя инвестиционную нагрузку, оставив себе только роль контролера и арбитра. Своих основных целей оно достигло.

А самое интересное, что косвенное дотирование коммунальной сферы при этом все равно существует. Возможно, это как раз и есть основное ноу-хау казахстанской модели ЖКХ. Кто же платит за стабильность коммуналки и какова цена вопроса? Первым инструментом такого косвенного дотирования (или, если угодно, защиты потребителя от аппетитов рынка) очевидно является Антимонопольный комитет, который не дает компаниям-поставщикам повышать тарифы сверх экономически обоснованных пределов. В частности, это делается и из политических соображений, таким образом государство выполняет свою социальную миссию. Второй способ дотирования заключается в том, что трудные и проблемные участки "коммунального фронта", как правило, поручаются госкомпаниям. Один из примеров – национальная железная дорога "Казахстан темир жолы", которая в эти дни восстанавливает размороженные дома на станции Шу. Еще один интересный пример – нацхолдинг "Казтрансгаз", которому после четырех лет достаточно неэффективного муниципального управления был передан энергокомплекс Алматы. Можно вспомнить также десятки "городов-предприятий", где владельцами коммунальной инфраструктуры являются градообразующие заводы и фабрики, которые или принадлежат государству, или (как в случае с AES) работают по государственным контрактам. Механизм здесь предельно простой: компании и холдинги, которым передано в управление ЖКХ, вынуждены или банально дотировать коммунальную сферу из своих доходов, или искать способы более эффективно ею управлять.

На первый взгляд, здесь резонен вопрос: а есть ли в таком случае принципиальная разница между российской моделью и казахстанской? "У них" "Газпром" и другие госхолдинги тоже дотируют коммуналку дешевым топливом, у нас фактически используется аналогичная схема, только с передачей ЖКХ непосредственно в управление. Между тем разница заключается в том, что в российской модели коммуналка это бремя, балласт и трудная обязанность, у нас же в этой системе сформировался рынок, собирающий достаточные деньги и позволяющий, при грамотном подходе, сделать коммуналку прибыльным и интересным бизнесом. Представьте себе, например, что жилищный комплекс только одного Алматы собирает порядка 200 миллионов долларов в год. Оборот только "Алматы пауэр консолидейтед" составил по итогам 2004 года 21,4 млрд. тенге, или 160 млн. долл., а кроме АПК в городе работают еще ГТКЭ, СВТК и другие компредприятия. Общие доходы коммунальщиков, с учетом офисной недвижимости, по приблизительным оценкам, около 250 миллионов долларов. То есть существует рынок, на котором вращаются очень приличные объемы средств. Предприятия ЖКХ выступают крупными потребителями угля, газа, труб и технологических узлов, таких как котлы и оборудование ТЭЦ. В свое время в Казахстане много ругали КСК, с их нарушениями и махинациями, но с помощью КСК в многоквартирном жилфонде обеспечили очень неплохую регулярную собираемость средств, которая достигает 90–97 процентов. Для сравнения, во многих регионах России собираемость платежей не превышает 70 процентов. В Алматы 6160 многоквартирных домов, каждый в среднем из 70 квартир, собирающих (с прикидкой по минимуму) по 6 тыс. тенге в месяц, что дает ежемесячно около 2 млрд. тенге сборов энергетическим компаниям и КСК. И хотя в акимате в последние годы часто говорили об убыточности АПК, а в самой АПК – о постоянном нарастании издержек (в том же 2004 году, как мы указывали, при обороте в 21,4 млрд. тенге убытки компании составили 1,5 млрд. тенге), понятно, что это издержки управления. Более эффективное управление способно сделать городское хозяйство достаточно прибыльным. Государственные менеджеры, как показал опыт, не самые лучшие: с 2001 по 2005 год единственным владельцем предприятия АПК был акимат города, который привлек кредит на 36 млн. долл. и не смог его погасить. В результате было сделано пять перекредитований, и сумма долга возросла до 48 млн. долл. Заметим, это в городе с крупнейшим рынком коммунальных услуг по стране!

Очевидно, что менеджер управляющей компании будет работать эффективнее государственного управленца, хотя бы потому, что он, как и его компания, заинтересован, чтобы коммунальное хозяйство давало отдачу. Например, он может прикинуть, что топить котельные дешевым экибастузским углем выгоднее, чем дорогим узбекским газом. Или снизить тепловые потери, построив небольшие локальные котельные в отдаленных районах города. В общем, путей вписаться в ограниченный антимонопольщиками тариф и при этом сработать с прибылью достаточно. Это и оптимизация логистики, и поиск более дешевых подрядчиков, и многое другое. Во всяком случае, собирая в год гарантированные 300 миллионов долларов, хороший менеджер найдет возможность решить текущие проблемы городского хозяйства. Тем более что он осознает, что госбюджет не будет компенсировать возникающих потерь и если они будут, то лягут на холдинг. Ни "Казахстан темир жолы", которая работает в Шу, ни нацкомпания "Казтрансгаз", которая с прошлого года управляет энергокомплексом Алматы, в этом не заинтересованы.

В общем, государство в Казахстане построило самодостаточную рыночную систему ЖКХ. И хотя предприятия, управляющие коммуналкой, явно не всем довольны, у них, в отличие от российских коллег, есть выбор – быть в убытке от ЖКХ или получать прибыль. А это мощный стимул. Конечно, проблема капитальных вложений в инфраструктуру у нас по-прежнему висит в воздухе. Цифры необходимых инвестиций, которые называются властями, подчас просто поражают воображение. Например, в Алматы для того чтобы выкопать из-под земли все старые трубы и уложить новые, по оценкам акимата, потребуется 142 млрд. тенге, или 1,1 миллиарда долларов. Но здесь опять-таки возникает вопрос об эффективном управлении. "Закапывать ли трубы в землю, как делали в прошлом веке, или использовать современные методы жизнеобеспечения – этот вопрос решать инвесторам, – говорит Арсен Жайлаубаев. – А если инвестор считает свои деньги, то скорее всего он откажется от чрезвычайно затратной советской схемы".

Во всяком случае, построенная схема отношений инвесторов и государства позволяет надеяться, что инфраструктурный кризис будет преодолен естественным рыночным путем. Управляющие компании, устав бесконечно вкладывать деньги в советские системы, задумаются: а не дешевле ли будет перестроить коммуникации по современному образцу? Другое дело, где найти таких профессиональных инвесторов? Перед местными властями повсеместно стоит вопрос о поиске инвестора, не только способного мыслить перспективно, но и имеющего ресурсы для реконструкции существующего хозяйства. Напрашивается вывод, что идеальным инвестором, управленцем и владельцем предприятий ЖКХ в Казахстане выступают именно государственные сырьевые компании. Крупная сырьевая компания способна и обеспечить эффективный менеджмент, и кардинально снизить затраты, и взять на себя требуемую социальную миссию. "Вхождение государственных сырьевых компаний в коммуналку выгодно по двум причинам, – считает экономист Алексей Дорошенко. – Во-первых, раз это госкомпания, значит, она будет следовать в русле государственных задач, в частности по социальным вопросам, а правительству будет проще спрашивать с такого собственника. Во-вторых, раз это компания, действующая в рамках сырьевого комплекса, то в ее руках и сырье, топливо, которое уже не нужно, как другому управляющему, покупать по рыночной цене. Внутренняя стоимость газа для "Казтрансгаза" будет ниже, чем его рыночная отпускная цена. Значит, "Казтрансгаз" получает серьезное снижение затрат и лучшие возможности для инвестиций. Для долгосрочных инвестиций в энергокомплекс сырьевики также располагают достаточными ресурсами".

С этим трудно не согласиться. При всем том, что государственные компании сегодня едва ли рады такому "балластному" активу, как ЖКХ. Коммуналка выглядит для них как трудная "общественная нагрузка". Но имея эту нагрузку, управляющие компании вынуждены волей-неволей снижать затраты, переходить на современные технологии и вообще делать все, чтобы коммунальное хозяйство стало эффективным в полноценном рыночном смысле. Таким образом, решается конечная сверхзадача коммунальной реформы: создать в системе нормальный рыночный процесс при комфортных для населения ценах и построить современное эффективное коммунальное хозяйство. Если эта сверхзадача в обозримом будущем будет выполнена, то нам, по большому счету, останется только наслаждаться жизнью и сочувствовать нашим соседям, которые только подступаются к этому непростому делу. Но пока это только мечты. Сегодня же можно порадоваться тому, что наш жилкомхоз научился рыночным способам решения вопросов, коммунальщики готовы считать деньги и все меньше хотят отапливать атмосферу.

Разочарования самоуправления

Институт КСК оправдал экономические задачи, возложенные на него в трудные 1990-е годы. Собираемость платежей в разных районах Алматы на сегодня колеблется в пределах 90 – 97 процентов. Домовые коммуникации хотя и с проблемами, но ремонтируются силами жильцов. Вокруг КСК сформировался интересный обслуживающий рынок – дворники, слесари, ремонтники и другие службы, которые осваивают в общей сложности порядка 10 процентов собираемых с жильцов средств. Правда, все это происходит на фоне не очень приятной общественной атмосферы вокруг КСК. С председателями кооперативов судятся, их обвиняют в нечистоплотности, и очень часто – справедливо. А самое печальное, спустя десять лет после начала коммунальной реформы приходится признать: задача построить прозрачное и в полном смысле рыночное самоуправление собственников жилья в Казахстане не решена.

КСК в Казахстане не разрешили целого комплекса вопросов, относящихся к "последнему звену цепи". Во-первых, как посредник между поставщиком услуг и их потребителем они не решили проблемы прозрачности платежей. "Вопрос о целевых взносах, которые КСК направляют на ремонт и другие текущие нужды, создает напряженность из-за отсутствия механизма отчета, который позволил бы каждому жильцу видеть, на что конкретно были потрачены его целевые взносы, – говорит адвокат Равиля Сыздыкова. – Проблема обычно не в том, что нет способов развернуть эту отчетность перед собственниками, а в отсутствии инициативы, интереса со стороны самих жильцов. Как результат председатели многих КСК манипулируют деньгами достаточно безнаказанно".

Следующая проблема в том, что КСК не имеют возможности, образно говоря, защищать справедливость в сообществе собственников. В КСК "Энергетик" (Турксибский район) рассказывают, что порядка 10 процентов платежей собирается с большой задержкой, а около 3 – 5 процентов собственников относятся к "злостным неплательщикам". В некоторых КСК еще больше. "По 70-квартирному дому сумма общего сбора в год составляет около 4 млн. тенге, и в среднем 200 – 300 тысяч мы недосчитываемся", – отмечает бухгалтер Нина Антонова. Неплательщики создают проблемы и своим добропорядочным соседям: во-первых, те целевые, которые они недоплатили, покрываются за счет других (соответственно, их крыша, подвал, детская площадка ремонтируются без их финансового участия). А самое неприятное, что из целевых часто покрывается и долг дома поставщикам услуг, создаваемый неплательщиками. У КСК часто не остается другого выхода, поскольку поставщики тепла и воды в случае долгов грозят перекрыть кран. "В сообществе собственников квартир часто невозможно решить вопрос, что делать с такими неплательщиками, – отмечает председатель КСК "Галия" Галия Нигматуллина. – Судебный механизм изъятия долга у нас очень громоздкий. Общее собрание тоже неспособно принять решение, которое могло бы что-нибудь изменить. В результате – возмущение, эмоции, и ничего конструктивного".

Собственники часто неспособны договориться и о каких-либо совместных целевых тратах, выходящих за пределы ежемесячных целевых: например, о сборе средств на замену гнилых труб в подвале. Условно говоря, этот подвал не в нашем подъезде, мы и не будем вкладывать в него деньги. В КСК "Звездный" рассказывают о случае, когда в доме № 13 было потрачено 106 тыс. тенге на ремонт кровли, а жильцы других домов были недовольны тем, что их деньги пошли на "чужую" крышу.

>Общий вывод, на который наталкивает практика казахстанских КСК, это неэффективность самой модели жилищного самоуправления. Отсюда и коррупция в КСК, и их неспособность решить многие технические проблемы. Как итог, состояние коммуникаций "последнего звена" в городах и поселках крайне неоднородное. И аварии часто случаются именно на этом звене. У властей при этом есть возможность сослаться на то, что жильцы сами виноваты в собственных бедах, что часто оказывается правдой. Проблема, очевидно, состоит в том, что в казахстанском обществе сегодня высокая степень индивидуализма. И эта типичная черта "общества потребления" наложилась на старую привычку советского человека ни за что не отвечать. В широком смысле общественный эксперимент, состоявшийся в рамках жилищной реформы, выявил грустную черту казахстанского социума: наши люди не способны договариваться, принимать совместные решения, даже если от этого непосредственно зависит жизнь каждого. Проще делегировать принятие решений кому-нибудь – например, председателю КСК. И даже если решения будут неправильные, совесть у собственника обычно чиста: ведь он снял с себя ответственность. Таков общественный диагноз, который поставлен нам жилищной реформой. И, наверное, ругать КСК здесь не стоит: они выполняют свою миссию, как могут.

Алексей Иконников
Алматы

№2 (163) 1 - 14 февраля 2006

Источник - КонтиненТ
Постоянный адрес статьи - http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1140165240
Новости Казахстана

 Перейти на версию с фреймами
  © www.centrasia.ruВверх